+7 (985) 298-55-21

+7 (916) 589-56-87

0
Корзина
 x 
Корзина пуста

...или как продать китайскую вазу за 83 млн. долларов

Вряд ли в Европе можно найти хотя бы один дворец, оформленный в стиле «барокко» и «рококо», в котором не стояло хотя бы 3-4 пары китайских ваз. Не только во дворцах и богатых особняках, но и в более скромных домах обязательно присутствовали фарфоровые вазы и посуда, ширмы и лаковые шкатулки — а в них черепаховые гребни и заколки — словом, все то бесконечное разнообразие чудесных и занимательных вещиц, в изготовлении которых китайцы были непревзойденными мастерами.

 

Большая часть этого материального мира сохранилась до наших дней. Именно это наследие на сегодняшний день является основой современного европейского антикварного рынка, и как и 300 лет назад, оно приходит и к нам, в Россию, в частные коллекции и галереи, такие, например, как наша — галерея «Восточная заграница».

Нас мало...
Галерей, целенаправленно занимающихся искусством Китая и Японии, в нашей стране очень мало. В Москве их не больше пяти, а в Питере, к примеру, ни одной.

Одна из причин, по нашему наблюдению — это отсутствие достаточного количества предметов на внутреннем рынке. Вторая — сложность и глубина самой темы: за пять тысяч лет своей истории китайцы создали так много направлений и стилей в искусстве, что требуется серьезная подготовка для того, чтобы заниматься этой географически далекой восточной культурой: мало кто решится «сделать первый шаг по дороге в двенадцать тысяч ли».

Но мы вынесли любовь к искусству Китая и Японии еще со студенческой скамьи — тогда еще и мечтать не приходилось о поездках в эти страны. А уж когда эта возможность появилась, то поняли, что нам интересно не только изучать это многоликое искусство, но и внедрять его в нашу культуру. Благо и ниша эта на тот момент была пуста, и интерес интеллигентной среды к искусству и культуре Дальнего Востока был очень большим. Надо сказать, что спрос на предметы искусства Китая, Японии и других стран Дальнего Востока не только не угас, а, наоборот, растет с каждым годом. И за 12 лет работы нашей галереи мы наблюдаем серьезный переворот в сознании людей — от полного неприятия «всего китайского» до глубокого интереса и вдумчивого постижения. Причем интерес этот гораздо шире материальной культуры, которой, собственно, мы и занимаемся — популярны сейчас и духовно-материальные восточные практики: фэн шуй, и-цзин, цигун и другие...

Европа + «Катай»
К слову сказать в России, в отличие от Западной Европы, традиционно не было массового увлечения собирательством китайского искусства. Конечно, существуют замечательные коллекции Эрмитажа, Китайский павильон Екатерины Второй в Ораниенбауме, есть прекрасные образцы китайского фарфора во всех дворцах-музеях, в Москве находятся бесценные собрания в Музее искусства Народов Востока, коллекция фарфора в музее Кусково и т.д. Но это в основе своей — лишь отголосок подражания той невероятной моде, возникшей в Европе в начале 17-го века на «все китайское».

Немногочисленные путешественники, возвращаясь из дальнего странствия в «Катай», как называли в средневековой Европе эту страну, завораживали слушателей своими поразительными рассказами. В XVII веке для европейца фантастическое богатство Востока было вещью неоспоримой. Пристани и склады морских держав Европы были полны лаковыми изделиями, фарфором, слоновой костью, шелковыми тканями, которые привозили сюда большегрузные корабли Ост-Индских компаний.

В 17-18-ом веках торговля велась, в основном через город Кантон (ныне Гуанджоу), который был политическим, экономическим и культурным центром Южного Китая в течение более чем 2000 лет. Город очень быстро развивался и стал самым большим торговым центром и портом всего Китая. Неудивительно, что именно там возникли мануфактуры, которые изготавливали изделия специально для Европы, учитывая вкусы заказчиков. Возник определенный стиль, названный, впоследствии «кантонский» — он отличается богатым, иногда чрезмерным декорированием поверхности, позолотой, лепниной. «Кантонский» стиль идеально подходит для дворцовых, «барочных» интерьеров.

Наивысшего развития это направление получило во время правления императора династии Цин- Цянлуня. В последние годы предметы искусства, датированные этим периодом, бьют все ценовые рекорды на мировых аукционах. И нашей галерее есть чем гордиться: основная часть предметов датирована клеймом «Сделано в период правления великого императора Цянлунь».

Восток лидирует
Чего только любопытного не случалось за годы существования «Восточной zaграницы»! К примеру, событие, которое всколыхнуло весь антикварный мир. Произошло этот не так давно — 12 ноября 2010 года: на крошечном, доселе никому не известном, аукционе на окраине Лондона, была продана китайская фарфоровая ваза 18 века за астрономическую, немыслимую сумму — 83 млн. долларов! Нам, специалистам, много лет занимающимся китайским антиквариатом, пережить эту новость было нелегко. Разглядывая фотографию этой вазы, мы силились понять: что же в ней такого выдающегося? На первый взгляд, в общем-то, ничего. Через наши руки подобных предметов прошло достаточно много, но даже в самом радужном (или кошмарном?) сне невозможно было представить что-то подобное.

Но это, как оказалось впоследствии, было только началом «цунами», захлестнувшим нас с головой…

Много лет отслеживая различные европейские аукционы, торгующие ориентальным искусством, мы постоянно сталкиваемся с огромным разбросом цен на аналогичные предметы. Например: на одном аукционе ваза с клеймом «Сделано в эпоху великого императора Цянь Лун» может быть представлена с эстимейтом 1.500-2.500 евро, а на «Сотби'c» с теми же вводными уже за 150.000-250.000, но с провенансом, то есть историей бытования предмета.

До сих пор нет ясного ответа на вопрос: в чем заключена основная проблема в оценке предметов искусства из Китая? В том, что предметы датируются не временем, в которое они произведены, а стилем, в котором они выполнены?

Не только мы, но и многие «профессиональные» отечественные и западные покупатели, да и маститые эксперты тоже, находятся в постоянном смятении: что считать подделкой, что репликой, а что есть оригинал? Одним словом, Восток во всем загадочен и никогда не дает простых однозначных ответов...

Подделки, или традиция?...
Известно, что Восток и Запад — это два мира, кардинально различающиеся друг от друга культурными, психологическими и другими традициями. Взять, к примеру, отношение к подделке... Если на Западе подделка осуждается и считается однозначно хуже оригинала, то в Китае она ценится так же высоко, как оригинал, и признается знаком истинности оригинала. Для китайца очевидно, что имитации достойно лишь то, что истинно, что признано каноном и самой историей. Более того, китаец копирует не просто внешнюю форму, но даже сам дух художника.

Один из канонов китайской эстетической традиции: взирая на картину, восхищаться не тщательностью, с которой прописаны деревья, или красотой птицы на дереве — в конце- концов это не более чем канон, — но перенимать то состояние чистоты и духовной наполненности, в котором художник творил свое произведение. Китайская культура — культура намеренного повторения, вечно длящейся подлинности, постепенно переходящей в не менее ценную подделку под саму себя.

Нередко отличить копию от подделки весьма трудно даже специалисту, поскольку грани между подлинностью и копированием не существует в пространстве бытия. Точно скопированная работа, в которой передан дух и мистическое переживание художника, оказывается, по своей ценности равной оригиналу. Китайцам, порой, непонятно, почему керамическая фигурка, или фарфоровая пиала эпохи Тан, поврежденная, с полуистершейся краской, должна цениться выше, чем аналогичная работа, выполненная в начале XX в., но с лучшим качеством, без трещин и других изъянов, если она точно соответствует канону. В сущности, именно Запад приучил мир оценивать предмет искусства во многом по его древности, хотя с чисто утилитарной точки зрения древность вещи играет скорее негативную, нежели позитивную роль. И на сегодняшний день лишь опытный эксперт способен отличить копию XVII в. от оригинала Х в.

Так антиквариат или старый хлам?
«Эхо» того ноябрьского знаменательного аукциона долетело и до нашей «Восточной Заграницы»: вначале потянулись возбужденные донельзя арт-дилеры. Они врывались в галерею, потрясая газетными вырезками и распечатками из интернета: «Нет, ну вы видели?! Что делается, китайцы совсем с ума сошли! Это как же можно за какую-то вазочку такиииие деньги?!»

Тут же быстро просчитывались проценты, которые заработал аукционный дом, и сумма выходила настолько впечатляющей, что даже самые успешные дилеры начинали смурнеть лицом.

За дилерами потянулись комитенты. Оказалось, что у многих по углам и антресолям тоже много чего китайского хранится. Несли все подряд: вазочки и сервизы, купленные в 50-х годах теми, кто помогал строить коммунизм в Китае, лаковые шкатулки и костяные фигурки, привезенные из загранкомандировок. Были и почти анекдотические курьезы: как-то нас посетил один отставной генерал. Он с трудом дотащил две вазы, на которые можно было смотреть только с расстояния не менее 20-и шагов, настолько грубо они были размалеваны. На наши протесты принять на продажу эти сокровища он возмутился: «Я боевой генерал, заслуженный человек, вы не можете мне отказать! Я это сам покупал!»...

В общем, градус кипения нарастал. Но, к счастью, попадались и действительно неплохие вещицы…

Кстати, о копиях и повторах в китайском искусстве: получаем мы как-то каталог аукциона «Кристи» и в разделе топ-лотов видим фотографию вазы, оцененную по старту в 1 млн. 250 долларов. А у нас на дальнем стеллаже уже год пылилась точно такая же: ну, не нравилась она никому! Так первый же покупатель, которому показали каталог, радостно купил эту вазу и чувствовал себя просто на седьмом небе от счастья. Вот она сила печатного слова! ... К слову сказать, продана была та ваза на «Кристи» за 2 млн. 500 долларов.

А на днях мы получили новый каталог, теперь уже торги «Сотби’с» в Гонконге, и в нем прямо на первой странице фото блюда с красным драконом, парящим над волнами. Стартовая цена — 5 млн. долларов. Точно такое же блюдо стоит у нас в витрине уже несколько месяцев…